Подходы к трактовке права требования страховщика к виновному лицу о выплате компенсации должны быть приведены к единому знаменателю

20 Ноя

В современных условиях ведения бизнеса институт страхования является неотъемлемым элементом, позволяющим предпринимателю обезопасить себя от раз­личных коммерческих рисков.

В публикации рассматривается институт перехода прав страхователя к страховщику, в частности, суброгация и регресс, причем особое внимание автор посвящает вопросам, связанным с отношениями по поводу срока исковой давности. Статья особенно интересна анализом судебной практики.

Неотъемлемым элементом института страхования (а точнее, имущественного страхования) является так называемый институт суброгации, предоставляющий страховщику, выплатившему страховое возмещение, право требовать компенсацию у лица, ответственного за ущерб, причиненный страхователю.

Рассмотрим проблемные аспекты определения начала истечения срока исковой давности при суброгации.

Корень рассматриваемой проблемы кроется в отсутствии законодательного определения понятия суброгации. Поэто­му этот термин в данной статье будет употребляться только в качестве и в значении специальной терминологии, сформировавшейся в сфере страхования.

В связи с отсутствием законодательного определения понятия суброгации в отечественной правоприменительной практике сформировались два противоположных подхода к толкованию правовой природы и юридических последствий приобретения страховщиком права требования к виновному лицу по выплате компенсации.

Замена кредитора

Согласно первому подходу, суброгация по своей правовой природе является заменой кредитора в обязательстве, а именно: права кредитора в обязательстве должника (лица, ответственного за причинение ущерба имуществу страхователя) по выплате компенсации такого ущерба переходят от страхователя к страховщику. Такой подход основывается на следующих положениях закона.

Во-первых, согласно статье 512 Граж­данского кодекса (ГК) Украины, основаниями для замены кредитора в обязательстве, среди прочего, является передача последним своих прав другому лицу, а также исполнение обязанности должника третьим лицом (в рассматриваемой ситуации как раз и имеет место исполнение обязательства виновного лица по выплате компенсации убытков потерпевшего третьим лицом — страховщиком).

Во-вторых, статья 993 ГК Украины и статья 27 Закона Украины «О страховании» прямо предусматривают, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение по договору имущественного страхования, переходит право требования (что является одним из оснований для замены кредитора в обязательстве (см. выше), которое страхователь или выгодоприобретатель имеет к лицу, ответственному за причинение ущерба.

Приверженцы этого подхода настаивают, что после выплаты страхового возмещения происходит автоматическая замена кредитора в обязательстве со всеми вытекающими последствиями. В частности, одним из таких последствий является начало истечения срока исковой давности, применяемого к требованию страховщика в адрес ответственного за ущерб лица по выплате компенсации.

В соответствии со статьями 261 и 262 ГК Украины истечение срока исковой давности начинается с момента, когда потерпевшее лицо узнало или могло узнать о нарушении своего права. При этом замена стороны в обязательстве не изменяет порядок исчисления и течения указанного срока.

Если следовать описанному подходу, течение срока исковой давности в отношении требования страховщика в адрес виновного третьего лица начинается не с момента выплаты страхового возмещения в пользу страхователя, а с момента наступления страхового события — нанесения ущерба застрахованному имуществу.

Разумеется, подобный подход крайне невыгоден страховым компаниям, поскольку существенно сокращает временные рамки, предоставленные страховщику для урегулирования страхового случая (включая выплату страхового возмещения и принятие внесудебных мер, направленных на взыскание компенсации с виновного третьего лица). Более того, в некоторых случаях (в частности, в случае применения сокращенных сроков исковой давности и затягивания процедуры страхового расследования) страховщик может быть попросту лишен процессуального права на взыскание компенсации с виновного третьего лица ввиду истечения срока исковой давности еще до начала процедуры такого взыскания.

Регресс

Приверженцы второго подхода утверждают, что вследствие выплаты страховщиком страхового возмещения по договору имущественного страхования происходит не замена кредитора в текущем обязательстве между страхователем и виновным третьим лицом, а возникновение у страховщика права регрессного требования к такому третьему лицу по выплате компенсации (новое (регрессное) обязательство). Такой подход основывается на следующих положениях закона.

Согласно статье 1191 ГК Украины, лицо, возместившее ущерб, нанесенный другим лицом, приобретает право регрессного требования к виновному лицу в размере выплаченного возмещения. Таким образом, выплата возмещения ущерба, нанесенного виновным третьим лицом, со стороны страховщика предоставляет последнему право регрессного требования к указанному третьему лицу.

В соответствии со статьей 261 ГК Укра­ины истечение срока исковой давности по регрессному обязательству начинается с момента выполнения основного обязательства.

Следуя логике данного подхода, течение срока исковой давности в отношении регрессного требования страховщика к третьему лицу, ответственному за причинение ущерба, начинается не с момента наступления страхового случая, а с момента выполнения страховщиком своего основного обязательства по договору страхования — выплаты страхового возмещения в пользу страхователя. Разумеется, такой подход полностью соответствует интересам страховых компаний.

Таким образом, отсутствие в законодательстве Украины определения правовой природы суброгации и ее места в системе обязательственных отношений привело к появлению описанной двоякой трактовки. При этом с формальной точки зрения каждый из подходов имеет право на существование.

Более того, описанные противоположные подходы к решению этого вопроса нашли отображение и в судебной практике.

Суды разошлись во мнениях

Практика хозяйственного судопроизводства чаще всего склоняется ко второму подходу трактовки правовой природы суброгации. В частности, согласно указанной практике, при выплате страховщиком страхового возмещения по договору имущественного страхования замена кредитора в текущем обязательстве лица, ответственного за нанесение ущерба, перед потерпевшим лицом (страхователем) не происходит. В таком случае возникает новое регрессное обязательство виновного лица перед страховщиком, течение срока исковой давности по которому начинается с момента выплаты страховщиком указанного страхового возмещения.

Такая позиция изложена в многочисленной судебной практике хозяйственных судов (включая Высший хозяйственный суд Украины (ВХСУ) и Судебную палату по хозяйственным делам Верховного Суда Украины (ВСУ), а также в информационном письме ВХСУ № 01-06/658/2012 от 17 мая с.г.

Однако практика, сложившаяся в рамках гражданского судопроизводства, далеко не так однозначна, поскольку общие суды при решении споров, связанных со страхованием, применяют оба подхода.

Попытка привести практику гражданского судопроизводства к единому знаменателю была предпринята ВСУ в письме от 19 июля 2011 года, содержащем обобщение судебной практики рассмотрения гражданских дел, возникающих из договоров страхования. В указанных обобщениях предпочтение было отдано первому подходу определения правовой природы суброгации и предусмотрено, что суброгация и регресс являются отдельными правовыми институтами, имеющими разное правовое регулирование. В частности, при суброгации (в отличие от регресса) происходит замена кредитора в текущем обязательстве, вследствие чего истечение срока исковой давности начинается с момента наступления страхового случая.

Свою позицию относительно рассматриваемого вопроса выразил и Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел (ВССУ) в письме от 1 февраля с.г., содержащем обобщение судебной практики по рассмотрению судами гражданских дел о возмещении ущерба, причиненного источником повышенной опасности в 2010—2011 годах. Однако указанная точка зрения представляется нам весьма специфической.

С одной стороны, ВССУ принял аргументацию первого подхода к определению правовой природы суброгации, отличной от правовой природы регресса. С другой же — в отношении срока исковой давности, применяемого к суброгации, ВССУ приходит к весьма странному выводу, что течение такого срока начинается с момента выплаты страхового возмещения страховщиком. Такой подход не соответствует законодательно установленным правилам истечения сроков исковой давности в случае замены сторон в обязательстве.

Разумеется, что подобная разрозненная практика украинских судов в отношении рассматриваемого вопроса (в том числе на уровне высших судебных инстанций) не способствует успешной реализации одной из функций судебной ветви власти — формированию единого подхода к толкованию и применению положений закона.

Автор: Д. КОЛОДЯЖНЫЙ — старший юрист ЮФ «АНК», г. Одесса

Источник: http://yurpractika.com/article.php?id=100105630